Блогер как герой нашего времени?

В конце 1980-х – начале 2000-х казалось, что яппи — это молодой амбициозный человек, зацикленный на профессиональном успехе и материальном благополучии и при этом часто теряющий почву под ногами. Затем на культурной арене появился ещё один важный персонаж — хипстер. Его фетишем являлась уже не успешная карьера, финансовый достаток, а собственная креативность и уникальный стиль жизни, который на практике оказывался достаточно стандартным. Озабоченность собственной уникальностью — нормальная реакция на глобализированный мир, в котором массовая культура благодаря Интернету всё усредняет и унифицирует. Сама идея мультикультурности, по замечанию православной мыслительницы Т. М. Горичевой, превратилась в ложь: стиль жизни австралийца сегодня мало чем отличается от стиля жизни японца или шведа. Экзотическое, эксклюзивное в таком мире перестало быть возможным: даже аборигены превратились в собственную имитацию: наряжаются в национальные костюмы перед туристами ради заработка, а вечера коротают, сидя в джинсах перед экраном монитора, поедая фастфуд. Однако хипстерское противостояние мейнстриму парадоксальным образом само обернулось мейнстримом, потому что оказалось стилизованным. При всем своём огромном интересе к элитарной культуре с её арт-хаусным кино, плёночной фотографией и пр. хипстер придерживался потребительских ценностей и принципа приоритета формы, как никогда прежде.

Кто же вытеснил хипстера с авансцены культуры? В 2015 году американец Дэвид Инфант предположил, что якки (от англ. yuccies — young urban creatives) — повзрослевшие и ставшие несколько циничными в своём прагматизме горожане, считавшие, что креативность должна быть коммерционализирована и приносить доход, идеи и мечта — конвертироваться в денежные единицы, при этом поддерживаться здоровая самореализация. Это проповедники новой философии свободы, основным полем реализации которой стал Интернет: учредители интернет-компаний, блогеры. Звезда Интернета — вот кто такой якки, новая элита.

Получив почти неограниченные информационные и коммуникативные возможности благодаря Интернету, человек всё меньше стал определять себя через соотнесение с определёнными группами людей, определённой эстетикой — он стал всё более обособляться, а общество атомизироваться.

Тем не менее, сегодня небывалый бум блогерства. Если ещё вчера молодые люди подписывались на всякие паблики и сообщества в социальных сетях, близкие им по интересам, откуда можно было делать перепосты цитат на свою стену, заимствовать красивые клишированные статусы, то сегодня подписываются на отдельных блогеров и их сетевые дневники.

Ведение дневников как датированных, регулярных личных записей известно уже многие столетия. Прежде дневник был «посланием в бутылке» себе будущему или своим наследникам, чтобы засвидетельствовать не только о своей жизни, но и эпохе. Порой это свидетельство могло стоить жизни не только автору, но и сохраняющему их человеку. Так, в 1949 году, когда в литературной среде СССР началась новая волна обысков и репрессий, Ольга Берггольц и её супруг Юрий Макогоненко прятали рукопись дневников поэтессы, прибив их к обратной стороне сиденья садовой скамейки на своей даче — этот поступок мог стоить жизни и свободы обоим.

Сегодня дневник совсем иной: он перешёл в режим «онлайн», утратил свою интимность, пишется с оглядкой на возможную многочисленную аудиторию и может быть источником регулярной прибыли благодаря рекламе.

Youtube-каналы блогеров собирают больше зрителей, чем дорогостоящие телевизионные программы. Потому TV постепенно умирает: например, по прогнозам генерального директора Netflix Рида Хастингса линейное телевидение исчезнет к 2030 году. Блогеров читают чаще, чем печатную прессу и книги, а их социальный авторитет становится настолько высок, что их цитируют официально зарегистрированные СМИ. Во многом популярность блогосферы обусловлена условной независимостью и отсутствием цензуры контента. Интересно, что популярность и успешность блога часто не связана с квалификацией блогера или степенью полезности контента, да и сам блогер может оказаться вовсе не автором своего канала или странички в Инстаграм. Для сравнения: популярный ныне в интеллектуальной среде Youtube-канал ЕЩЁНЕПОЗНЕР, в котором представлены интервью видеоблогера Николая Солодовникова с различными деятелями культуры, его размышления о прочитанных книгах и просмотренных фильмах насчитывает примерно 360 тысяч подписчиков, в то время как блог Kids Diana Show, в котором 6-летняя Диана из Киева перед камерой распаковывает игрушки, по-детски непосредственно кривляется, меняет платьица насчитывает… более 64 млн подписчиков!

Так как подписчик общается с блогером виртуально, то он почти не имеет возможности встретиться с реальным автором онлайн-дневника — ему доступна лишь виртуальная личность, которая становится анонимной и обретает множество масок. Самоконструирование как практика — проблема современной сетевой культуры и один из важных симптомов «общества спектакля», в котором мы живём сегодня. Благодаря различным программам-редакторам фото- и видеоблогер может откорректировать свою внешность до неузнаваемости; благодаря заимствованным локациям, снятой напрокат одежде и постановочному контенту — представить свой виртуальный стиль жизни абсолютно отличным от реального; убедительно писать о ценностях, в которые на практике сам не верит; увеличить собственный  интернет-статус и значимость искусственным «накручиванием» количеством лайков и подписчиков и пр. Так, Интернет пестрит разоблачениями популярных блогеров, которые могут писать вдохновенные посты о своих путешествиях в определённые города, сопровождать это прекрасными фотографиями, но в реальности… никогда там не бывать. Так было с тревел-блогером Амелией Лианой (Amelia Liana), фейковая виртуалная жизнь которой была разоблачена. Подписчики заметили на фоне её фотографий башни-близницы в Нью-Йорке в 2013 году, хотя те были разрушены террактом намного ранее.

 

Огромный охват аудитории блогеров остро ставит вопрос о cамоцензуре и личной ответственности за распространяемый контент, в том числе распространения фейковых новостей. Одно дело относительно безобидная ложь о собственной роскошной жизни, другое — заказное распространение дезинформации в пропагандистских целях. Фейковый контент порождает фейковую жизнь. Cегодня фейковыми в Интернете могут быть не только новости, фото, видео, но и личности, т.н. боты — фальшивые аккаунты, которые способны поддерживать кого-то лайками и одобрительными комментариями или устроить настоящие личные атаки и травлю.

«Не бойтесь переоценивать себя в публичной виртуальной самопрезентации, потому что реальные вы никому не интересны». Это уверенно советует на своих тренингах один украинский специалист по продвижению личных брендов в Инстаграм. Что ж, симулякры оказываются востребованы больше реальности.

 

Смерть интимного и терроризм эмоционального

Можно долго брюзжать по поводу соблазнов жизни в блогосфере, но действительно нельзя умалять терапевтические возможности блогов. Теперь весьма распространённая рекомендация во время прохождения психотерапии — завести блог. Например, знакомая женщина ради безопасности своих 5 детей разводится и выходит из отношений созависимости с мужем, 20 лет являющимся запойным алкоголиком. Психотерапевт поддерживает её стремление выговорить свою боль в блоге: это существенно помогает пройти тяжелейший стрессовый период, так как она получает множество слов поддержки от женщин, переживших подобный травмирующий опыт.

Терапевтизация культуры — важная культурная примета нашего времени. Очень многие сферы культуры сегодня нередко оцениваются по своим терапевтическим возможностям в отношении человека: творчество, туризм, спорт, дизайн, музыка и пр. В этом очень много положительного: это попытка жить осознанно, прорабатывая свои эмоции в самых разных ситуациях, жить благодарно, лучше понять себя в переживаемой ситуации и, возможно, выйти из неё преображённым. Но в этой попытке тотального взгляда на всё как на возможность терапии сокрыт и очень большой соблазн инструментализировать Другого, использовать лишь как одно из средств своей самотерапии. Т. М. Горичева пишет по этому поводу: «Если когда-то и была возможна любовь как реальная встреча, в которой человек прикасался к манящей тайне, запредельности, то теперь любовь — это, прежде всего, психотерапия».

Всё это происходит на фоне т.н. «эмоционального поворота» в культуре: наблюдается небывалый интерес к сфере эмоционального. Истоки этого феномена некоторые пытаются связать с усилением терроризма в начале 2000-х годов в мире, что вызвало «вал эмоциональной коммуникации» и настоятельную необходимость эмоциональной проработки травмирующего события».

На фоне этого нового эмоционального бума актуальной становится ещё одна важная проблема, особенно в интернет-культуре — эмоционального терроризма, когда Другой оказывается заложником чужих эмоций и их препарирования, он втянут помимо воли в свою работу саморефлексии, самокопания, которая прежде была делом интимным и непубличным. На эту тему в августе 2020 года у известного украинского философа А. О. Баумейстера был интересный пост в Facebook. Мыслитель условно выделил три наиболее яркие формы работы с собственными эмоциями. Первая — античная традиция, когда попытка разобраться в собственных чувствах была сугубо личным делом, да и незначительным на фоне исполнения своего гражданского долга. Вторая — иудео-христианская традиция (Псалтырь царя Давида и «Исповедь» блаж. Августина и пр.), допускающая самоуглубление как духовную работу, Единственным Свидетелем которого может быть Бог. И наконец, третья форма — современная традиция, когда самоанализ эмоций разворачивается буквально перед лицом всего мира, как киносеанс перед удобно усевшимися в своих креслах зрителями. Человек стал смаковать мельчайшие детали своих переживаний в своём блоге. Сфера приватного, интимного размывается в интерет-мире, публично демонстрируются пиковые переживания: в онлайн-режиме делают предложения любимым, ведут трансляции из родильных залов, публикуют крайне личные фотографии из спален и переживают горе в момент потери близких.

Сегодня в интернет-пространстве наблюдается уникальное явление — т.н. сэдфишинг (с англ. «ловля на грусть»). Этот термин в 2019 году придумала публицистка Ребекка Рейд для определения грустных постов — изначально слово не имело негативных коннотаций. Но со временем превратилось в манипуляцию с помощью публичного утрированного и экзальтированного интернет-выражения своих эмоций. Проверить, насколько реальны чувства автора поста в Интернете почти невозможно. Хотя, действительно, бывают эмоции настоящие, потребность в поддержке и утешении реальная — человеку действительно плохо, и важно ощущать, что в этот кризисный период он не один. Но встречаются и иные ситуации, когда такие посты делаются известными людьми часто с целью поддержания внимания к своей персоне, ради увеличения количества подписчиков, нередко с коммерческими намерениями.

«В два раза больше наше одиночество»

Нередко такие публичные «эмоциональные томления» и такая эмоциональная открытость парадоксальным образом не способствует укреплению коммуникативных связей человека, его общению, но напротив, замыкает его на нём самом. Получается удивительная ситуация, когда люди общаются, публично обмениваются своим переживанием по поводу одиночества, предательства и т.п., а боль не убывает, общность не рождается. Подписчик равнодушно, без эмпатии читает пост… и бежит по своим делам, чтобы завтра с любопытством заглянуть за новой порцией душевных откровений. При этом откровенничать в сети порой гораздо легче, чем перед близким людьми — срабатывает т.н. синдром «случайного попутчика».

Одиночество амбивалентно. С одной стороны, одна из первых заповедей Писания: «И сказал Господь Бог: не хорошо быть человеку одному» (Быт.2:18). С другой стороны, в этом мире человек всегда будет по-своему одинок. Он в принципе никогда не может избавиться от чувства одиночества, так как лишь сам несёт ответственность за свои поступки. Потому чувство экзистенциального одиночества важно не анестезировать с помощью суррогатов общения. Порой именно осознание своей драмы одиночества открывает дорогу к самопознанию.

В интернет-пространстве создаётся иллюзия общения. Подлинную душевную близость и поддержку заменяют ни к чему не обязывающие комментарии или лайки, которые порой ставятся без вчитывания в текст постов, даже иногда просто по корпоративной этике в ответ на лайки другого блогера.

Когда-то украинский мыслитель А. С. Филоненко заметил, что мы живём в эпоху тинейджерства — мы инфантильны, нам важно производить впечатление и казаться, мы зависимы от мнения окружающих и не готовы брать ответственность за собственную жизнь. Теперь даже выбор самых простых вещей перекладывается на подписчиков, когда блогер спрашивает у подписчиков, какую из двух вещей ему надеть/купить/приготовить. Постепенно человек перестаёт различать, где он сам, а где проекция ожиданий его подписчиков.

 

Поколение ЯЯЯ

Широко известен античный миф о прекрасном, но гордом и эгоистичном юноше Нарциссе. Мальчик вырос настоящим красавцем, в которого были влюблены многие девушки, в том числе нимфа Эхо, но ко всем он оставался равнодушным. От неразделённой любви Эхо зачахла — от неё остался лишь голос. Отвергнутые женщины решили наказать гордеца, в чём помогла им богиня возмездия Немезида. Как-то Нарцисс возвращался с охоты и случайно бросил взгляд на водную гладь, в которой увидел своё отражение… и влюбился. Зачарованный ним, он не мог ни есть, ни пить и оцепенел…

Многие известные люди проявляли признаки нарциссического поведения, и это неудивительно: несмотря на то, что нарциссы бывают невыносимы в общении, могут подавлять окружающих, они хорошо мотивированы, умеют очаровывать других. Например, нарциссом был Эрнест Хемингуэй, который высмеивал конкурентов-коллег в своих произведениях (Фицджеральда и пр.), не принимал никакую критику и не умел признавать малейшие поражения: даже неудачный улов во время рыбалки с другом мог привести его в такую ярость, что он высаживал несчастного товарища на ближайшем острове. Кстати, на примере Хемингуэйя прослеживается ещё один важный аспект проблемы нарциссизма — это то, что нарцисс оказывается абьюзером: писатель публично высмеивал физиологические недостатки своих знакомых и их личные драмы, поддерживал практику пыток в военное время, тиранил собственных женщин и пр.

Вместе с тем, как пишет Кристиан Джаррет, последние исследования психологов и нейропсихологов показали, что на самом деле причиной нарциссизма является… латентная неуверенность в себе. Интересны исследования с помощью «теста подсознательных ассоциаций: «Этот тест определяет скрытые оценки и отношения или предрассудки, о которых люди не хотят или не могут открыто рассказать. Оказалось, что самовлюбленные люди, хоть и отмечали, что имеют высокую самооценку, в ходе испытания однозначно ассоциировали свою личность с негативными словами — «боль», «страдание» и «смерть».

Ещё в 2013 году в известном американском издании «TIME» вышла нашумевшая статья «Миллениалы: поколение ЯЯЯ», после которой развернулась жаркая дискуссия о наступившей эпидемии нарциссизма. Автор дал такой портрет новому поколению: это молодые люди, зависимые от мнения окружающих, относительно осторожные, политически и граждански слабо активные, нерелигиозные в большинстве своём, хотя и не атеисты; финансово ответственные (меньше берут кредитов, чем их предшественники), центрированные на своей самореализации и проявляющие нарциссические черты поведения. Это поколение, живущее в эпоху количественной оценки себя. Так, физическая форма мониторится по цифре пройденных за день шагов, съеденных калорий, часов занятий в спортзале; общественное признание — по числу подписчиков и лайков; гражданская надёжность — по кредитной истории и т.д.

Ещё десятилетие назад в блогах было немыслимо такое количество постов о любви к себе, о сохранении своего душевного равновесия от токсичных отношений, о здоровым образом жизни и пр. Культура всегда многовекторна, и в ней могут наблюдаться разные тенденции. Однако, как ни парадоксально, положительное интернет-последствие «эпидемии нарциссизма» — это то, что одновременно в сети появляется и тренд отказа от демонстрации своих бесконечных достижений и успехов: мамы-блогеры пишут о своём выгорании, блогеры-кулинары выставляют в Stories сгоревшие пироги и пр. Именно в рамках этого тренда популярным оказывается интерес к своим переживаниям и размышления о том, насколько ты «пребываешь в моменте», принимаешь себя таким, как есть, со всеми недостатками.

Нет ничего плохого в бережном отношении к себе, в любви в себе, когда они выражаются в здоровых формах. Это даже необходимо, ведь важная христианская максима звучит: «Возлюби ближнего своего, как самого себя». Сложно ценить кого-то, если обесцениваешь самого себя, забываешь про образ и подобие Божие, раскрывать которые в себе призван каждый человек. Но порой любовь к себе принимает патологические формы самозамыкания, одержимости собой, как это было представлено в античном мифе о Нарциссе. В «трагедии заблудившейся любви» к самому себе видел причину грехопадения знаменитый украинский богослов эмиграции прот. Георгий Флоровский: «Согласно св. Афанасию, человеческое падение состоит в том, что человек ограничивает себя собой, что человек как бы впадает в любовь к самому себе. И через такое сосредоточение на себе человек отделяет себя от Бога и разрывает духовную и свободную связь с Богом. Это было своего рода безумием, эротической одержимостью собой, духовным нарциссизмом».

Очень важный для понимания нарциссизма момент в мифе: Нарцисс влюбляется не в себя реального, а в своё отражение на зеркальной глади воды. Так современный нарцисс, не различающий реальное и виртуальное, очаровывается своим придуманным в сети образом и реакцией на него пользователей…

 

Интернет как пространство возможностей

Т. В. Черниговская когда-то остроумно пошутила, что человек имеет «страсть дублировать реальность». Сегодня Интернет — не просто средство связи, но зеркало реальности и даже попытка создать новую реальность, которая, в свою очередь, конституирует самого своего создателя, человека. Это неотъемлемая часть жизни человека, а в период коронавирусной пандемии это стало абсолютно очевидным: люди повсеместно стали присутствовать при онлайн-трансляциях богослужений, дистанционно в сети обучаться, работать, проводить вечеринки …и даже ходить на онлайн-свидания.

Хочется верить, что пандемия в ближайшем будущем завершится, но, очевидно, что мир уже не будет прежним: интернет-технологии в нём будут играть ещё большую роль, чем до COVID-19. Новое всегда пугает, потому что несёт в себе множество рисков. С одной стороны, можно слепо им очароваться и поддаться всем соблазнам, которые оно в себе таит. С другой стороны, можно упустить бесконечные возможности, которые оно открывает перед человеком. А Интернет — это бездна возможностей: возможность беспрецедентной по масштабам миссии и свидетельства о Христе огромному числу людей; возможность общения для людей с ограниченными физическими возможностями или находящимися в разных географических точках; возможность самообучения благодаря огромному числу образовательных порталов, бесплатных онлайн-курсов; возможность преодолевать собственные пространственные и временные границы и отправляться в онлайн-путешествие в различные музеи, архивы и прочее. Каждый новый исторический виток совершается по Промыслу Божьему. Что выберет человек сегодня — некритичное растворение в виртуальном мире и подмену себя реального своим сконструированным сетевым образом или будет сохранять зоркость и виденье грани двух миров, не смешивать их и в то же время использовать предоставляемые возможности? Выбор за человеком…

4 4 votes
Рейтинг статьи
Подписаться
Уведомление о
guest
0 комментариев
Inline Feedbacks
View all comments